Несколько минут в комнате царило молчание.
Вскоре в комнате словно затрещала стайка канареек. Барышни бросили работу и стали болтать о том, действительно ли вместо барышни будет назначен Сергей Александрович.
— Верно, дадут больше жалованья, чем нам, — заметила барышня в красной хорошенькой блузке.
— Это бессовестно! Наша комната для барышень.
Но вдруг все барышни притихли. Защелкали костяшки. Вошел Уржумцев. Обратившись к Стрижову, он сказал:
— Пока займите место Болховской. Александра Николаевна уходит от нас.
— И я ухожу, освободится и еще место.
Александра Николаевна протянула обе руки к Ардалиону Ивановичу и проговорила:
— Не делайте этого, не делайте, Ардалион Иванович. Ведь у вас семья. А разве ваш поступок повлияет на кого-нибудь? Взгляните кругом… Сергей Александрович, пожалуй, назовет вас сумасшедшим.
В эту минуту вошел высокий, худощавый старик и, любезно раскланиваясь, прошел в свой кабинет, на ходу сказав Уржумцеву: