— В театр и к портнихе.
Адмирал сердито крякнул и сказал:
— Скажи просительнице, что может явиться в министерство… Прием от часа до двух… Понял?
«Ты-то стал меньше понимать на сухой пути!» — подумал Никита, служивший при Берендееве много лет: сперва — капитанским вестовым, а после отставки — камердинером на берегу.
И, вместо того, чтобы «исчезнуть», как исчезал, бывало, из каюты при первом же окрике своего капитана, Никита доложил:
— Я уже все обсказал даме, ваше высокопревосходительство.
— Что ж она?
— Не уходит!
— Как не уходит? — изумленно спросил адмирал, казалось, не понимавший такого неповиновения жены моряка.
— «Я, говорит, не могу уйти. Мне, мол, по экстре на пять минут поговорить, вот и всего!» Этто сказала во всем своем хладнокровии и шмыг в залу.