— Так вот она, дружба! — проговорил Николай.
— Вы непременно хотите знать: ну, да, я никогда его не любила! То есть любила и теперь люблю, как очень хорошего человека, но не так, как…
Она запнулась.
— Как надо любить! — подсказал Николай.
— Пожалуй, как надо любить! — повторила Леночка.
— Я был уверен в этом.
— Почему?
— Да разве вы, с вашим чутким сердцем, с жаждой знания, с богато одаренной натурой, могли удовлетвориться идеалом Григория Николаевича? Его идеалы — узки; его жизнь — суха; сам он…
— Послушайте! — перебила Леночка. — Я вас прошу при мне не говорить худо о Григории Николаевиче.
— Да разве я худо о нем говорю?.. Я первый уважаю его, и все-таки, когда я приехал сюда и узнал, что вы выходите замуж за Лаврентьева, мне было так больно, так обидно за вас…