— Сказал?
— Да.
— Ну, если сказал, так придет! — уверенно заметил Иван Андреевич.
И Вязниковы пошли далее.
— Странный мальчик! — как бы в раздумье проговорил Вязников.
— Это ты про Васю?
— А то про кого же? Коля человек как человек.
— А что же в Васе-то странного? Душа-то какая добрая, а если немного дик — что ж тут особенного?
— Ты напрасно заступаешься! — улыбнулся Иван Андреевич. — Малый-то он добрый и честный, я знаю не хуже тебя, но это не мешает ему быть странным. Совсем он у нас за год омужичился и одичал. Робинзоном каким-то стал. Знаешь, за каким делом я его вчера на лугу утром застал? За косьбой! Коса его не слушается, а он-то старается, он-то старается. Пот градом катится с его лица, видно устал. Здоровье у него не то, что у Коли. Увидал Вася меня, вспыхнул весь и оправдывается: «Я, говорит, еще учусь. Увидишь, как через неделю косить буду». Чудак! Ему в академию надо готовиться, а он точно собирается в мужики!
— Он это так, быть может для моциона! — заступилась Марья Степановна.