Адмирал не отрывал глаз от бинокля, направленного на катер, и нервно вздергивал и быстро двигал плечами. Положение катера беспокоило его. Ветер крепчал; того и гляди, при малейшей оплошности при повороте катер может перевернуться. Такие же мысли пробежали в голове капитана, и он приказал старшему офицеру посадить вельботных на вельбот и немедленно идти к катеру, если что-нибудь случится.
Но ничего не случилось. Катер лихо дал поворот и летел домой к корвету. И адмирал сердито и в то же время одобрительно проговорил:
— Этот сумасшедший мальчишка отлично управляется со шлюпкой.
Через пять минут катер был у борта, и Володя выскочил на палубу, несколько сконфуженный и недоумевающий, зачем его потребовали: кажется, шкоты были вытянуты до места, повороты правильны, и концов за шлюпкой не болталось.
— Адмирал на вас освирепел, голубчик, — участливо предупредил мичман Лопатин.
— За что?
— Зачем рифов не взяли. В самом деле, вы жарили, как отчаянный.
— Гардемарин Ашанин! пожалуйте сюда-с! — раздался окрик адмирала.
Ашанин быстрой походкой направился к мостику.
— Да бегом, бегом-с, когда вас зовет адмирал!.. — крикнул адмирал.