— А я тебе весточки о себе давать буду, Груня.
— Жалко, я не умею… А то бы я тебе отписала… Разве попросить кого написать?..
— Нет, уж кого просить!.. — не согласился на это ревнивый матрос и прибавил: — Даст бог, и придется повидаться летом… Наш капитан тоже женатый… И ему лестно навестить супружницу…
Через пять дней, рано утром, Аграфена провожала мужа до Купеческой гавани, где стоял баркас, готовый отвезти на бриг отпущенных на ночь женатых матросов.
На людях они простились без особых нежностей. Только Груня как-то особенно сильно и горячо пожала мужу руку. Ей почему-то вдруг сделалось страшно, что он уходит и она остается одна, и слезы показались на ее глазах.
— Ну, полно, Груня… Не плачь… Лето скоро пройдет…
— Смотри, Гриша… давай о себе весточки… И почаще!.. — говорила, всхлипывая, Груня.
— Вались на баркас, ребята! — крикнул унтер-офицер. — Сейчас отваливаем!
— Прощай, Груня…
— Прощай, Гриша…