— Ну что ж?.. История… Не вернешь ее… Извините, Петр Васильич, что я скажу?
— Говорите, Афанасий Петрович…
— Очень уж вы того… добры сверх положения. По-евангельски не всегда можно-с… Блаженны миротворцы, положим, Петр Васильич… Но только — извините — побольше бы давали «ассаже»* хлыщу Байдарову, он бы…
Петр Васильевич покраснел до волос. Смешался вдруг и старый штурман.
Оба знали, что красавец Байдаров был одно время любимцем Лидии Викторовны.
— Что ж, обрывай я его, он подумал бы, что я из личности! — проговорил старший офицер. — Эх, скорей бы в Батавию, Афанасий Петрович!
— Все слава богу. — И Афанасий Петрович, суеверный, как все штурмана, сплюнул. — Ветер молодчага… Если так пойдет… разведем пары у экватора и… через пять суток и в Батавии… И письмо от Лидии Викторовны получите… И я от своей команды… Стаканчик, Петр Васильич?
— Разве… Выпью и пойду по дипломатической части!
Штурман с каким-то особенным удовольствием налил стакан портеру Петру Васильевичу.
Тот выпил и сказал: