— Мама… не говорите… Я знаю, что я делаю!..
— Но на что же ты будешь жить?..
— Будьте покойны, мама, вам во второй раз не придется приносить меня в жертву для спасения папы…
— Ты это на что намекаешь?..
— Я все знаю, мама… Слышите ли, все!
Александра Матвеевна изменилась в лице, но не ответила ни слова. Какая-то заискивающая улыбка появилась в ее глазах, и она избегала смотреть прямо в глаза дочери.
«Неужели она все знает?» — подумала она со страхом…
В большой зале на столе лежал покойник, и священник служил панихиду. Кроме Чепелевых и вдовы, никого не было, хотя в газетах уже появилась заметка о самоубийстве.
Панихида только что кончилась. Дьячок заунывным голосом читал псалтырь, а Елена с отцом прошли в дальние комнаты, они молча сидели и оба задумались. Машинально Елена взяла со стола газету, развернула и вдруг стала бледней полотна… Зрачки расширились и в ужасе смотрели в одно место.
— Лена… Голубушка! что с тобой?..