Последним из ватержакетчиков слово просит Сазонов.
— Я прошу, — говорит он и делает паузу, — перевести смену Годунова на прежний режим работы.
Фомичев изумлен: что? что это Сазонов еще придумал?
— Не смотрите на меня такими страшными глазами, товарищ главный инженер, — насмешливо произносит Сазонов. — Я не собираюсь выступать против мастера Годунова. Блестяще работал. Нам же нужна такая же хорошая работа всех четырех смен. А это возможно… Сейчас смена Годунова занимает все внимание работников цеха и рудного двора. Не так просто удается обеспечить ее. Дайте нам недельку на подготовку, и мы введем новый график во всех сменах. А эту неделю употребим на расширение рудной эстакады, на строительство узкоколейки, проведем ремонт оборудования.
Он садится на свое место. Годунов запальчиво кричит:
— Одно другому не мешает! Если все собираться да собираться — никогда не будем готовы.
Немчинов недовольно смотрит на него:
— Хочешь говорить?
— Работать!
— Без демагогии.