— Не понимаю я, — Лухманцев в раздумье сморщил брови: — Старый человек, ученый, боролся с нацистами… А они его в тюрьму.
— А, может, брешет он!
— Нет, такой не станет обманывать.
Лухманцев опять вышел в коридор и прошел мимо той двери, где стоял часовой. Повар пронес в эту комнату обед. В полуоткрытую дверь Лухманцев увидел Штейнгартена, лежавшего в постели с закрытыми глазами. Книжки лежали на столе. Одна из них была раскрыта.
Повар вышел через несколько минут и обиженно сказал:
— Твой не желает кушать. Просит дать термометр. Надо лейтенанту доложить.
Шакурский торопливо прошел к Штейнгартену и пробыл у него минут десять. Когда он вышел от него, то вид у него был очень встревоженный.
Он увидел в коридоре Лухманцева и сказал:
— Беда с твоим профессором… Заболел он. Температура тридцать девять и шесть. И врача вызвать нельзя.
В течение вечера он несколько раз заходил в комнату Штейнгартена. Профессору становилось все хуже.