— Огня!
Хозяйка боялась зажечь лучину и возилась с фонарем. Руки у нее тряслись; чем больше она спешила, тем больше портила спичек.
— Скоро, что ли! — торопил Коевак.
Наконец ей удалось зажечь фонарь. В комнате стояли две кровати: на одной лежал мальчик, на другой — Тонча.
Паренек спал; девушка от света проснулась.
— Встать! — грубо приказал жандарм и протянул руку, собираясь стянуть с девушки одеяло.
— Ради бога, что вы делаете? — закричала девушка от стыда и страха.
— Не шуми… я не кавалер… не ломайся передо мной… Я хочу только посмотреть, не спрятал ли чего-нибудь отец у тебя в постели.
Девушка смотрела на мать, стоящую с фонарем, и колебалась.
— Что это еще за церемонии? — обозлился жандарм и сдернул с девушки одеяло.