— Черт с ним, со священником и его проповедями! Нельзя во всем попам верить. Люди уже не боятся их, как раньше, и не дают им столько денег. А это им не по вкусу.
И снова Иржик почувствовал себя так, словно кто-то булавкой уколол его в мозг, где прочно и удобно обосновалась мысль о пане патере.
Разговор не вязался: повеяло холодом. С минуту они молчали. Потом Ружена заговорила снова:
— Пойдешь к ним?
— Я еще подумаю.
— Что-то долго ты думаешь!.. Если бы я была мужчиной, то не раздумывала бы ни одной минуты… Жаль, что женщинам нельзя.
— Ты хотела бы стать Властой или Шаркой? Помнишь, я читал тебе о них в книге по чешской истории?
— Это было бы прекрасно!
— Что же, ты хотела бы перебить мужчин?
— Нет, но я ездила бы на коне, носила бы саблю, а мужчин приставила бы к прялке и корыту.