Тар-там-та-там! — подхватывает в отдаленье еще оркестр, и опять не слышно барабана, и звуки труб прозрачные, чистые и легкие.
«Ну, да! — решает Костя: — Здесь и пехота с барабанами в оркестре и конница - у той барабанов нет. Тут и 1-я кубанская дивизия и 4-я сводная! Значит - парад. А за мной уже слежка. Я почти арестован. Кто же предупредит наших?..»
В памяти ослепительно ярко: там, за городом - море, пролив меж Азовским и Черным морями. Лодка высадила Костю около Восточного маяка, это километрах в двадцати левее города, у песчаной косы Чушки; там пролив шириною всего в пять километров. Но туда не доберешься!.. Прифронтовая полоса!.. Другая коса - Тузла - заканчивается против Керченской крепости, недалеко. Но тут ширина до восьми километров...
Костя вздрагивает, представив крепкий, скалистый мыс крепости.
- Ну пойдем, — торопит молодой.
- Сейчас!
Тар-рам-там-там!.. — дружно поют трубы казачьего оркестра.
Костя смотрит на городские огни, жестокие переливные огни.
«Сбежать сейчас! Но куда? Как перебраться?.. В порту в рыбацких поселках - посты. Туда и носу не сунешь, не то что лодку достать... Парад, вино, перед посадкой... Но я же не знаю численности десанта. И когда он будет?..»
Вдоль состава ходят, переговариваясь, люди. Костя видит, как в освещенных окнах классного вагона командования мелькает рыжая морда ординарца.