— И воспитали бы, как дикарей?
— Надо полагать.
Лестрэндж вздохнул.
— Послушайте-ка, — сказал капитан — можно говорить все, что угодно, но даю вам слово, что напрасно мы так задираем нос перед дикарями и тратим на них зря столько жалости.
— Как так?
— Что надо человеку, — ведь только быть счастливым?
— Положим, что так.
— А кто счастливее голого дикаря в теплом климате? О, этого счастья хоть отбавляй. Он в высокой степени джентльмен, он обладает совершенным здоровьем; живет жизнью человека, рожденного, чтобы жить лицом к лицу с природой. Солнце светит ему не сквозь конторское окно, и луна — пе сквозь дым фабричных труб. Он счастлив; но скажите мне, где он? Белые его вытеснили; можно еще найти его на двух, трех островах, — так, кое-какие крохи.
— Предположим, — сказал Лестрэндж, — что эти дети выросли лицом к лицу с природой…
— Ну?