Эта смесь мешается с рисом и считается вполне действительным средством, предохраняющим от пуль и ран всякого рода.
Ничего не могло быть печальнее, как смотреть из Квигары на горящую Табору и на сотни людей, бегущих в Квигару.
Узнав, что мои люди хотят остаться при мне, я сделал приготовление для защиты, просверлив отверстие для ружей в прочных глиняных стенах тэмбе. Они били сделаны так скоро и были, по-видимому, так удачно приспособлены к защите тэмбе, что мои люди сделались почти храбрыми, и бежавшие из Табора вангваны с ружьями просили меня принять их в число защитников тэмбе. Я собрал также людей Ливингстона и предложил им защищать имущество их господина, против предполагаемого нападения Мирамбо. К ночи у меня было 150 человек. Я расставил их по всем пунктам, где можно было ожидать нападения. Утром Мирамбо грозил придти в Квигара. Я молил Бога, чтобы он явился, и надеялся показать ему, какая сила заключается в американских ружьях.
Августа 23. Мы провели очень тревожный день в долине Квигара. Наши глаза постоянно обращались в несчастной Таборе. Говорят, что там уцелело всего три тэмби. Дом Абида бин Сулеймана разрушен, и около 200 слоновых клыков, принадлежавших. ему, сделались собственностию африканского Бонапарта. Моя тэмбе может продержаться так долго, как позволят запасы средств к защите. Отверстия для ружей проделаны во всех стенах дома; хижины туземцев, заслоняющие вид, срыты, деревья и кустарники, могущие служить засадой для неприятеля, срублены. Съестных припасов и воды у меня запасено на 6 дней. Пороху у меня хватит, по крайней мере на две недели. И, говоря без хвастовства, я не думаю, чтобы 10,000 африканцев могли взять место, которое легко могло бы быть взято отрядом европейцев в 400 или 500 человек, без помощи пушки, и 50 европейцами с пушкою. Стены трех футов толщины. В тэмбе масса комнат, так что отчаянная толпа людей может сражаться, пока не будет взята последняя комната. Арабы, мои соседи, старались казаться храбрыми, но очевидно, что они были близки к отчаянию. Я слышал даже, что арабы Квигары, по взятии Табора, хотели переселяться массою на берег, и оставить страну Мирамбо. Если они действительно приведут это намерение в исполнение я останусь в отчаянном положении. Если они оставят меня, Мирамбо не воспользуется ни моим имуществом, ни имуществом Ливингстона. Я сожгу дом и все, что в нем находится. Таково мое намерение. Но что сделается в этом случае с Шау? Никто не захочет вынести его.
Августа 24. Американский флаг все еще развивается над моим домом, арабы все еще находятся в Унианиембэ.
XXII. Действие аммиака.
Около 10-ти часов утра пришел посланный из Табора, спросить, не хотим ли мы помочь им против Мирамбо. Мне сильно хотелось помочь им, но взвесив все про и контро, спросив себя, будет ли это осмотрительно, должен ли я идти, что сделается с людьми, в случае моей смерти, не разбегутся ли они опять, какова была судьба Бамиза бин Абдулаха? я послал сказать, что не хочу идти; что они могут отлично справиться в своих тэмбах с такой силой, как у Мирамбо, что я буду очень рад, если они принудят его придти в Квигару; я выйду к нему навстречу и прогоню тогда его.
Они сказали, что Мирамбо и его офицеры носят зонтики над головами. У Мирамбо длинные волосы, как у пагасиса Мниамвези, и борода. Если он придет, следует стрелять во всех людей, носящих зонтики, в ожидании, что одна счастливая пуля попадет и в него.
По народному обычаю, я должен был бы сделать серебрянную пулю, но у меня не было серебра; я мог бы сделать золотую.