– Ну, чего всей оравой – скоро ли обойдешь! Чего попусту время тратить? Пойдем в два конца. Одни с одного бока начинай, другие – с другого. К середине мы и сгоним.
Предложение было одобрено. Толпа разделилась. Одни пошли на Лукьянов поселок. Другие, под предводительством Панаса, двинулись на Павлов конец. Народ присоединялся к ним по дороге. Панас шел впереди. Ему вспомнилась полуночная прогулка к той же избе, кончившаяся таким постыдным отступлением, и в нем шевелилось чувство унижения и обиды, которое заставила их всех испытать старуха Ульяна. Завидевши Павлову избу, толпа пошла скорее, как солдаты, идущие на приступ. Ворота были открыты. Народ ввалился во двор.
Павел между тем сидел с матерью в светелке, где они заперлись с раннего утра. Вернувшись на рассвете после своих ночных приключений, он застал мать спящей на скамье у стола, положив руки под голову. Она ждала его всю ночь и заснула, побежденная дремотой. Павел разбудил ее.
– Матушка, великую мне милость послал Господь. Порадуйтесь со мной.
Он рассказал ей в немногих словах про свое видение и про тот переворот, который в нем произошел. Ульяна слушала, не будучи в состоянии всего взять в толк. Но она видела, что ее Павел стал другим человеком, таким, как был прежде, и этого было с нее довольно.
– Ну, слава Богу! Наконец-то! Я знала, что так будет! – воскликнула она, обнимая его.
Она ушла спать, счастливая, как никогда не была.
Павел не ложился вовсе. При брезжущем свете утра он читал свои драгоценные книги, наслаждаясь ими, как сокровищем, которое он было потерял и снова нашел.
Ульяна пришла к нему утром. Она заставила его рассказать себе во второй раз во всех подробностях про удивительное видение, и они вдвоем принялись догадываться, каков может быть его смысл.
Их тихие речи прервал шум приближающейся толпы.