"Ну что ты врешь, к попу ты не собирался, – подумал про себя Карпий. – Коли б хотел торговаться с ним, пошел бы с вечера, когда отец Василий успеет напиться пьян и становится сговорчив, а не среди белого дня, когда он еще трезв и копейки не скинет".
– Известно, нужно поторговаться, кому же охота свое добро зря отдавать, – сказал он громко.
Он заговорил об урожае, о ценах на хлеб в городе, не спуская с гостя внимательных своих маленьких сереньких глаз.
Вошла Галя и остановилась у порога.
– Чего тебе? – обратился к ней отец.
– Мама велела спросить, накрывать ли на стол, или подождать, – сказала девушка.
– Накрывай, накрывай! Люди давно отобедали, а мы только за стол садимся, – сказал он укоризненно.- Дочка на реку с бельем ходила, а старуха у меня, что некормленая лошадь: шаг сделает и пристанет, – пояснил он гостю, чтобы не уронить дочки в его глазах.
Охрим сделал снисходительный жест и встал из-за стола.
Карпий стал упрашивать Охрима отобедать с ними. Но тот из вежливости отказался.
– Ну так чайку напьемся после обеда, – предложил Карпий.