Теперь, когда все они живут на одной площадке, их недолго собрать. Время не терпит. Нужно сегодня же ночью составить и выпустить листовку, чтобы сорвать провокацию. А потом можно будет еще что-нибудь предпринять. Гиттон вскочил на велосипед и помчался предупредить товарищей в федерации и, если еще не поздно, сообщить в газету…
Жожо сперва не хотел верить, потом возмутился:
— Вы что, за дурака меня принимаете? Неужели вы думаете, что им удалось бы меня обкрутить?
Потом он отошел в сторону и долго стоял один, весь бледный, желтый, как будто обидевшись на товарищей. А они тем временем уже занялись листовкой. Наконец Дюпюи подошел к столу и, встав за спиной отца, сказал:
— Они, видно, находят, что еще мало заставили меня убивать людей! Что ж, придется им и за это поплатиться.
Полетта тихонько показала на него Анри и с деланно безразличным, снисходительным видом сказала:
— Вот видишь! Я не зря спросила про «народовольцев»… Может быть, я и витала в небесах, но не так уж, как тебе это показалось. Вот видишь!
Ни Бувар, ни старик Дюпюи, ни Жожо ничего не поняли.