— Почему же вы опять напечатали только на одной стороне?
— Чтобы скорее работа шла… а то надо бы переворачивать, когда печатали. Если бы мы сегодня утром не раздали листовки, возможно, что все уже взлетело бы на воздух.
— А теперь, думаешь, они не взорвут?
— Теперь им труднее. Мы их разоблачили, и все бы поняли, кто совершил преступление. С раннего утра только и разговоров, что об этом! Многие не решаются поверить, и если бы эти негодяи устроили взрыв — все обернулось бы против них самих.
— Как ты думаешь, нас не выселят отсюда? А вдруг выселят! И вернемся мы тогда в нашу лачугу!
— Не волнуйся. Сделаем все возможное. Послушай, как, по-твоему, годится так начать? «Дорогие товарищи! Вам пишет рядовой член партии. Находясь в самом центре американской оккупации, я хотел бы сказать вам…»
ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ
Снег радует
— А как же с детьми? Одни останутся?
— Ты что хочешь сказать? По-твоему, лучше мне не ходить на собрание? — спрашивает Полетта.