— Ни за что! Никогда ни у кого не просила прощенья. Попробуй только! Если укусишь — прощайся с трубкой. Спрячу ее на два дня.
Он чуть прихватывает зубами ее ухо и потом бежит к календарю. Теперь вопрос в том, кто первый достанет трубку из мешочка под календарем. Тут и Анри в свою очередь пугается: «На два дня у нее, конечно, не хватит жестокости… Но на один вечер она способна оставить меня без трубки». К счастью, он почти всегда первым запускает руку в мешочек. Но календарь от таких состязаний быстро треплется.
— Мы просто сумасшедшие! — говорит Полетта, задыхаясь от смеха. — Если бы нас кто увидел!
— Не беспокойся, все такие же, как мы. Все иногда дурачатся. Даже какой-нибудь кисляй, который страдает постоянным несварением желудка.
— Товарищ секретарь секции! — говорит она строгим голосом.
Оба хохочут.
— А что? Только враги считают нас сухарями. Ты видела в кино картину «Ленин в Октябре»? Каким он был? А ведь сколько у него было забот!..
— По правде сказать, кое-кого по виду можно счесть сухарем! — говорит Полетта, грозно указывая на мужа. — Тебя, например…
— Что? — спрашивает он с подчеркнутым удивлением, понимая, что она сейчас попадет в цель.
— Вот тебе и «что»! Не спорь, пожалуйста. Ты иной раз напускаешь на себя такой строгий вид, будто ты и в самом деле ужасно строгий.