— Побеседуем, обменяемся мнениями — таким образом почва уже будет подготовлена, и вы сможете до завтрашнего дня лучше продумать некоторые вопросы. В частности, надо обсудить задачу первостепенной важности: как сделать еще более действенной борьбу железнодорожников против американской оккупации?
— Нелегкое дело! — говорит Себастьен. Он высказывается первым, желая показать, что сонливость у него прошла.
Двое других одобрительно кивают головой и, видя это, Анри говорит:
— Все нелегко.
— Ты не подумай, — продолжает Себастьен. — Ребята наши, конечно, против американцев. Но только мы не видим, как и что надо делать.
— Верно, — подтверждает Виктор Трико, секретарь ячейки депо. — При ближайшем рассмотрении все оказывается не так-то просто.
Что-то здесь не доходит до Анри. Перед ним три хороших, боевых товарища, которых обычно препятствия не останавливают, особенно Бастьена и Трико. Что-то явно не ладится, а что именно — Анри не может уловить. «При ближайшем рассмотрении», сказал Виктор. Может, надо так понимать: «Ты, Анри, смотришь на наше положение со стороны». — Ну, уж извините, в этом меня как будто нельзя упрекнуть!.. — «Хорошо, но близко ты видишь то, что происходит у докеров, а не у железнодорожников». Нет, вероятно, Виктор не то хотел сказать. Анри прекрасно знает, что «при ближайшем рассмотрении» все нелегко. Он и не собирался давать готовые рецепты. Кто это может заранее все знать? Он пришел выслушать товарищей, секретарей ячеек, и вместе с ними найти выход.
— Вы там думаете, что мы ничего не делаем, не работаем! — вставляет, в свою очередь, Артюр…
Вот это уже серьезнее. Тут какое-то недоразумение.
— Что с вами, товарищи? — спрашивает Анри. — Вы все трое говорите так, как будто я вас в чем-то упрекнул.