— Словно шлюзы открыли. Каждый хотел высказаться, и каждый изощрялся, как мог. Получилось, что главный враг не пароход, а Робер.
Поль и Анри не могли удержаться от улыбки.
— Ты неправильно все воспринял, Робер. Ну, а… сочувствующие тоже? — спросил Анри.
— Еще бы! Они наверняка обрадовались, что могут высказаться на мой счет.
— Подожди, Робер, или ты сам не веришь тому, что говоришь, или… Ты же только что говорил о единстве…
Поль одобрительно закивал головой, как бы догадываясь, что Анри сейчас выскажет те же соображения, которые и ему пришли в голову.
— …А насколько я тебя понял, неполадки осуждались всеми, в этом и было единство. Почему же надо считать, что критика, которая помогает двигаться вперед, может нанести ущерб единству?
— Да, но они тем самым объединились против меня, против секретаря профсоюза. Вы разве не видите, в чем опасность?
— Что ты мелешь? Против тебя? Против ошибки, которую ты допустил. Это совсем другое дело. А тебе-то они как раз и хотят помочь. Да и о какой опасности может быть речь, когда критика правильна? Зажать рты товарищам — вот это было бы опасно, неправильно. А какая еще может быть опасность?
— А ты попробуй-ка после этого работать, когда не чувствуешь к себе доверия…