— Во всяком случае, там что-то неладно.

Весь город как на ладони. Здесь хочется на минутку остановиться в знак окончания одного из этапов борьбы. Одержана значительная победа. Охранникам так натянули нос, что они не скоро это забудут. Какие же предстоят еще этапы? Там видно будет, но сейчас все полны радужных надежд и в мечтах унеслись в облака. Что вы хотите, когда стоишь так высоко, то невольно окрыляешься.

Океан поразительно спокоен. Видно, ветер поднялся недавно и огромное водное пространство успело пока покрыться только гусиной кожей, но и эта рябь почти незаметна. Облака отражаются в воде, и океан напоминает белую гладкую равнину, еле заметно перерезанную извилистым течением. Отсюда он кажется выпуклым как поверхность полного до краев стакана. Редкое спокойствие в такое время года. Обычно зимой город лишь слабо рокочет, настороженно свернувшись клубком — его подавляет бурное волнение океана, который, — это хорошо видно отсюда, сверху, опоясывает почти весь город. Люди по сравнению с океаном — дети. Разве они могут так, как он, шуметь, взрываться, клокотать? Но сегодня роли переменились. Здесь, на земле идет кипучая жизнь, борьба, все бурлит, а океан оставил людей в покое и наблюдает за ними с видом знатока. У него-то опыт богатый!

* * *

В редакцию газеты пошли Люсьен и еще один товарищ. Среди женщин находилась Фернанда. Вестибюль оказался грязным, темным, заваленным перечеркнутыми зеленой краской пачками непроданных газет, на стенах и на полу — толстый слой пыли. В застекленной будке сидели два перепуганных старика. Лица их трудно было разглядеть, так как стекла растрескались и покрылись копотью, а лампочка без абажура освещала только лысину стоявшего старика, второй — сидел. Но все же можно было понять, что они готовы на все, лишь бы не нажить себе неприятностей.

— Мы хотим поговорить с господином Бени.

Но старики притворились, что ничего не слышат. Увидев окошечко, Люсьен толкнул его кулаком, а его товарищ одновременно открыл дверь будки. Старики растерянно переглянулись, и один из них сказал дрожащим голосом:

— Мы не здешние, мы из НОПП[13].

— Понятно. Ну, а где же господин Бени?

— Не знаю, пришел ли он. Ты не видел? — спросил все тот же старик у своего товарища.