В слова «Марсельезы» врываются угрожающие крики: «у-у-у!», вначале они как бы являются составной частью песни и только разрежают ее, но вскоре эти крики заглушают слова, и пение обрывается. Кто-то, смеясь, предложил:
— А ну-ка, выдадим им! Пусть у них поджилки затрясутся!
От мощного грозного крика задребезжали темные стекла редакции «Демократа». Внизу на окнах, где обычно вывешивается газета, железные шторы только приспущены. Видно, щелкоперы из деголлевского листка были застигнуты врасплох. Полная для них неожиданность! Ведь демонстрация должна была произойти у биржи труда, к тому же в редакцию сообщили о новой тактике охранников, и газетчики чувствовали себя в полной безопасности… Вот почему находившиеся в редакции сотрудники, увидев демонстрацию, насмерть перепугались и поспешили спуститься в подвал к типографским рабочим.
Останавливаться всей демонстрации ради этих субъектов — слишком много чести. Было решено, что их поприветствуют мимоходом два товарища, вполне достаточно! Ну, а так как одних мужчин нельзя посылать на такое дело — сами понимаете, они границ не знают, особенно когда вспылят, — то к ним присоединили еще трех женщин.
Демонстрация тем временем продолжала подниматься по улице Гро-Орлож, которая, казалось, лезет на самое небо. Здесь вы возвышаетесь над всеми домами. Бесконечная низкая галерея оборвалась, и слева открылся холмистый городской сад, а сквозь оголившиеся ветки деревьев виднеется море. Его видно еще лучше, если повернуться к нему лицом и тогда за крышами домов нижней части улицы и за воротами Гро-Орлож видна рыбачья гавань, парусники, стоящие в ней, и обе древние вышки, охраняющие гавань, младшие сестры башни Четырех стражей, которая не спускает с них глаз, забравшись на бывший городской вал. Еще несколько шагов — и демонстрация очутилась в самой возвышенной точке города.
Серая масса океана встала перед людьми, как бы приветствуя их. А справа, там, где вода кажется черной, виднеется наскоро возведенный жалкий мостик, какое-то сооружение из спичек, похожее отсюда на детскую игрушку, — это мол; вдоль набережной — грузовички, и у причала — пароход. Краны и погрузочные мачты тоже крошечные, но даже отсюда видно, что они неподвижны.
— Наверняка что-то там произошло! Вы посмотрите, дорога давным-давно расчищена, а грузовики бездействуют.
Все демонстранты только об этом и говорят.
— Похоже, что разгрузка прекращена.
— Может быть, нас испугались…