Громадная площадь, по которой ветер беспрепятственно бушевал и гонял то целые тучи песку, то свирепый буран, тоже бесследно исчезла и город окончательно потерял свой первоначальный вид-крепости, долженствовавшей быть оплотом русского владычества в киргизской степи.
План нашей дальнейшей беседы будет следующий: сначала мы укажем на некоторые моменты в развитии новой слободки, и так как она является центром промышленной жизни города Оренбурга, то и охарактеризуем главные виды промышленности; затем перейдем к описанию отдельных зданий, стоящих на площади между новою и старою слободками, обращая главное внимание на историю тех учреждений, для которых означенные здания предназначены. Конечно размеры нашей работы не позволяют нам останавливаться на деталях, мы указываем лишь на главные черты, характеризующие то или другое учреждение, мы описываем лишь наиболее выдающиеся моменты.[45]
XVIII.
К средине 50-х годов прошлого столетия новая слободка представляла из себя уже довольно значительное поселение, настолько значительное, что появилась нужда в церкви.[46]
30 Апреля 1855 года губернское правление послало в городскую думу указ, в котором значится. что вдова титулярного советника Татьяна Ивановна Приезжева просила разрешить устройство церкви близ эспланадной линии около первого колодца в новой слободке.
Церковь предполагалось выстроить во имя Воскресения Господня.
Сообщая об этом думе, губернское правление спрашивало последнюю, не имеет ли она препятствий к постройке. Так как Дума все еще не имела права разрешать постройки, то она запросила инженерное ведомство; последнее ответило, что с его стороны препятствий не имеется, и 18 августа 1855 года губернское правление разрешило Приезжевой строить церковь.
Но церковь была уже почти совсем закончена постройкою. Это обстоятельство произошло вот почему: Приезжева в конце 1854 года подала докладную записку генерал-губернатору следующего содержания: «В 1850 году я утруждала предшественника Вашего Превосходительства генерала от инфантерии Обручева о отводе мне места под постройку в новой слободке при городе Оренбурге церкви во имя Казанской Божией Матери, но почему то Его Превосходительству не угодно было уважить моей просьбы и потому храм этот в 1852 году мною выстроен в Чернореченской станице. Постоянно желая построить в упомянутой слободке храм Божий и имея к сему в настоящее время средства, я осмеливаюсь покорнейше просить приказать отвести мне там место под постройку церкви во имя Воскресения Господня».
Канцелярия генерал-губернатора вывела на справку, что Приезжевой было разрешено построить церковь около Госпиталя еще в 1849 году, но она почему то отказалась. Перовский на это прошение дал благоприятную резолюцию и 20 мая 1855 г. Приезжева уже приступила к постройке как раз в то время, когда губернское правление лишь запрашивало думу, не имеет ли она препятствий к построению храма.
Таким образом, получился столь обычный в нашей действительности курьез: дело велось по двум инстанциям — канцелярии генерал-губернатора и губернскому правлению; высшая инстанция дает разрешение, постройка начата, но нисшая инстанция имея в виду начатое дело, должна его закончить, а поэтому производит все необходимые справки, отписки, запросы; наконец, дает разрешение, когда церковь уже чуть ли не закончена постройкою.