– Винсент, что же получилось с лицами?
– Ничего. А в чем дело?
– Ведь у этих людей нет лиц!
– Ну да. Меня интересовали лишь фигуры.
– Но ты, конечно, можешь нарисовать лица? Я уверена, что здесь, в Эттене, найдется много женщин, которые захотят иметь свой портрет. И на это можно жить.
– Да, пожалуй. Но надо дождаться, пока я научусь как следует рисовать.
Мать разбила яйца на сковородку с творогом, который она вчера сама приготовила. Она замерла на мгновение, держа в каждой руке по половинке яичной скорлупы, потом повернулась к Винсенту.
– Ты хочешь сказать, что, когда начнешь рисовать как следует, твои портреты будут покупать?
– Не в этом дело, – отозвался Винсент, быстро водя карандашом по бумаге. – Я должен рисовать как следует, по—настоящему хорошо.
Анна—Корнелия некоторое время задумчиво обмазывала пудинг яичным желтком, затем сказала: