– Нет, – отозвался Винсент.
– Тогда боюсь, что ты делаешь большую ошибку.
– Я их делаю множество, отец. О какой именно ты говоришь?
– Мне кажется, что если бы у тебя был талант, если бы ты и впрямь родился художником, то все получалось бы как надо с первого раза.
Винсент взглянул на свой рисунок – крестьянина, который, стоя на коленях, собирал картофель в мешок. Линию руки крестьянина Винсент никак не мог найти, сколько ни бился.
– Да, отец, может быть, это и так.
– Вот я и говорю, что тебе нет смысла рисовать одно и то же по сто раз без всякого успеха. Если бы у тебя были природные способности, это удалось бы тебе сразу, без всякой мазни.
– На первых порах натура всегда оказывает художнику сопротивление, отец, – промолвил Винсент, не выпуская из рук карандаша. – Но если я взялся за это всерьез, то я должен одолеть сопротивление и не поддаваться натуре. Наоборот, надо еще упорнее биться и победить ее.
– Не думаю, – сказал Теодор. – Зло никогда не рождает добро, а плохая работа хорошую.
– В теологии это, может быть, в так. Но не в искусстве. У искусства свои законы.