– Сядь, пожалуйста, Фу—Ру, – сказала она. – Давай играть в папу и маму. Ты будешь папа, а я мама. Ты любишь играть в папу и маму?
Это была невысокая, коренастая и крепко сбитая девушка с выпуклыми, крутыми бедрами; ее острые груди сильно выдавались вперед, а пухленький круглый живот круто сбегал к промежному треугольнику.
– Рашель, – сказал Винсент, – если ты будешь звать меня Фу—Ру, я тоже придумаю тебе имя.
Рашель захлопала в ладоши и бросилась к нему на колени.
– Ох, скажи, скажи, какое же это имя? Я люблю, когда мне придумывают новые имена.
– Я буду звать тебя Голубкой.
В светлых глазах Рашели мелькнуло недоумение и обида.
– Почему же Голубкой, папа?
Винсент легонько провел ладонью по ее круглому, девическому животу.
– Потому что ты похожа на голубку: у тебя нежные глазки и маленький толстенький животик.