Те страшные и таинственные люди, которых она боялась, как волков, были уже здесь, у самого конака.
Держа детей, она опять закричала с отчаянием, внушаемым только близостью смерти:
— Мехмед, Мехмед, красавец Мехмед! Мехмед, Мехмед, страшный человек! Где ты, видишь ли ты свою Гюлу?
Это был вопль, брошенный в пространство, и он не мог улететь дальше ста шагов. Там, притаясь в кустах, стояли люди султана, убившие Раю; и она, выйдя вперед с детьми на руках, почти закрытая белым дымом, крикнула еще более сильным, тревожным и надорванным голосом:
— Сердари, жандармы! Стреляйте, бейте, режьте! Только деток мне оставьте, только их не трогайте!
Никто не ответил ей. Весь конак заволокло дымом; но вот из окон верхнего этажа блеснули огненные языки, и черные клубы дыма метнулись в синее осеннее небо...
Глава двенадцатая
ПРАВО КАЖДОГО ЧЕЛОВЕКА
1
«Вот она, прекрасная Чечь, — думал Кара Ибрагим, — этот притон разбойника! Вот они, высокие горы, где он прятался; теперь, наконец, отдохнет райя, отдохнет и сам падишах. Все устроилось, как по веленью аллаха, который тоже ополчился на Синапа за его бесчисленные насилия...»