Кара Ибрагим сидел в своей палатке полуодетый и разутый. Он только что сотворил вечернюю молитву и чувствовал свою душу приобщенною к небесам, когда вошел Али чауш. Он вздрогнул.
— Чего тебе? — спросил он хмуро.
— Я Али чауш.
— A-а... Это ты ездил в прошлом году с зерном в Ала-киой?
— Эвет, я.
— По какой дороге? По той, что напротив?
— Нет, с другой стороны...
Кара Ибрагим встрепенулся.
— Дорогу знаешь?
— Знаю...