Двое ссорились.
Бранясь, они громко кричали, и один сказал:
— Эй, заптий-эфенди, вон этот вот хвалит бунтовщиков!
— Я? Нет, это ты их расхваливаешь, шелудивый пес, — кто ж не знает, что ты за Синапа? Не ты ли отправил ему в позапрошлом году два вьюка гвоздей?
— А ты, мерзкая тварь, сколько золотых взял у Хасана Кьойли Исмаила из Конуша? А кто этот Хасан Кьойли Исмаил? Главный бунтовщик!
— Да я тебе голову разобью!
— Я таких силачей в карман себе кладу!
Тут вмешались посторонние:
— Пошли, пошли, оба вы одного поля ягоды, будет вам!
Заптий слушал и не обращал внимания. Он апатично смотрел, как расходилась толпа и улица медленно пустела. Люди возвращались в свои приземистые темные домишки, и на низкие кровли легла прежняя душная тишина.