— Собаки! — громко произнес Синап. — Мы им не сдадимся!
Двинулись по другой дороге.
Спешили добраться до своей Чечи, отстаивать свою свободу, повидать своих близких.
Что же произошло, в самом деле? Все горные проходы были заняты! Войска добрались до Соуджака, где Синапу легче было маневрировать: там у него были свои тайные тропки, а также и верные люди, встречавшие и осведомлявшие его. Он понял, что ему грозит серьезная опасность, и решил бороться до конца. Что еще оставалось ему? Он освирепел, в крови его вскипела жажда мести.
Вот его Чечь; тут он им даст хороший урок, только бы ему повезло, только бы они по глупости сунулись туда.
Но они, кажется, уже пришли... Села, мимо которых он проезжал, были пусты — страшные слухи прогнали людей в леса. Всюду говорили, что по приказу султана Синап схвачен. И когда его увидели живым и невредимым, то не знали, горевать или радоваться...
Вся Чечь была в тревоге. Синап спешил увидеть своих, собрать силы, загородить горные проходы и отбить наступление врага.
Дружина его таяла. Люди один за другим исчезали.
Когда вдали показался силуэт Машергидика, он вздохнул и обратился к дружине:
— Братья ахряне! Я верю, что нас ничто не может разделить, пока мы знаем, что мы дети нашей вольной Чечи!