— Допустимо? Допустимо ли, чтобы человек обеспечил самых близких и дорогих ему людей?
— Я хочу сказать, что мне, члену Конгресса…
— А разве политический деятель обязан жертвовать собой в частной жизни для того, чтобы служить своему народу на общественной арене? Надеюсь, мистер Каридиус, наша цивилизация далеко ушла от тех дней, когда в угоду ей приносились человеческие жертвы.
— Я хочу сказать… допустимо ли, чтобы именно ваш банк открывал мне кредит?
Финансист облегченно вздохнул:
— Ах, вот оно что! Что же вы сразу не сказали? Но, дорогой мистер Каридиус, в списке наших почтенных клиентов значатся сенаторы, дипломаты, министры и члены Верховного суда — лучшие люди Америки. На этот счет не беспокойтесь. Вы попадете в прекрасное общество. Повидимому, у вас нет представления относительно суммы, которую вы хотели бы вложить?
— Нет.
— Что ж, прекрасно. Предоставьте это банку. Вероятно, у вас нет и определенного представления относительно количества ценных бумаг, которые вы хотели бы приобрести?
— У меня… у меня очень мало наличных денег.
Мистер Литтенхэм отмахнулся от этого замечания.