Взяв трубку, он вдруг заметил письмо, очевидно, намеренно положенное на крышку пишущей машинки. Он перегнулся через стол, взял конверт и узнал почерк Мэри Литтенхэм. Сердце у него екнуло. Должно быть, накануне вечером, перед уходом из канцелярии, она решила не снимать квартиру, а возможно, и отказаться от службы у него.
Он вскрыл свободной рукой конверт и прочел:
«Я прилетела утром восьмичасовым самолетом, чтобы иметь время поискать квартиру. Думаю пойти на Джей-стрит. Мне хочется снять что-нибудь недорогое, поскромнее, чтобы не внушать подозрений. Я возьму зеленое такси, так что вы можете найти меня, если бы я понадобилась вам для какой-нибудь непредвиденной работы… Мэри».
Каридиус прочел записочку и с облегчением вздохнул. Нетерпеливый голос твердил в телефонную трубку:
— Междугородняя! Отвечает междугородняя!
— Простите, я ошибся номером! — крикнул Каридиус, повесил трубку, торопливо вышел на улицу, сел в такси и поехал на Джей-стрит.
Джей-стрит — широкая грязная улица, обсаженная деревьями и окаймленная двумя рядами чрезвычайно мрачных и, словно нарочно, не приспособленных для жилья домов.
Каридиус предупредил шофера, что он ищет зеленую машину, которая должна стоять где-нибудь у тротуара, и убедительно просил его внимательнейшим образом оглядывать правую сторону улицы, в то время как он займется левой. Так они проехали всю улицу, пока им не преградила путь железнодорожная ветка.
Каридиус ворчал на шофера, утверждая, что тот пропустил зеленое такси. Они повернули и поехали обратно, причем теперь Каридиус оглядывал правую, а шофер левую сторону. Вскоре шофер заметил зеленое такси и подъехал к нему. Каридиус был озадачен.
— Такси, очевидно, пересекло улицу, пока мы разворачивались, — сказал он.