— Я, может быть, мешаю, господин коммерсант?
— Нет, нисколько! Как вы думаете, господин Лундель, мы можем быть готовыми к завтрашнему дню?
— А разве необходимо, чтобы завтра было готово?
— Необходимо! В яслях будет банкет, который я даю, и моя жена хочет передать мой портрет обществу, чтобы его повесили в столовой.
— Тогда не будет помехи, — ответил Лундель и достал мольберт с почти готовым холстом из маленького чуланчика. — Если вам угодно будет немного попозировать мне, господин коммерсант, то я сделаю последние мазки.
— Охотно! охотно! Пожалуйста!
Фальк сел на стул скрестил ноги, принял позу государственного человека и изобразил благородство на своем лице.
— Пожалуйста, говорите, господин коммерсант. Ваше лицо и так достаточно интересно, но, чем больше нюансов характера оно проявит, тем лучше!
Фальк довольно улыбнулся, и блеск удовольствия осветил его грубые черты.
— Господин Лундель, вы обедаете у меня на третий день праздника.