— Я бы сказала: необыкновенный человѣкъ, — отвѣтила дѣвушка. — Только я не думаю, чтобы онъ былъ очень уменъ. Принципы, правда, у него есть и, въ общемъ, онъ хорошій человѣкъ. Что ты скажешь о немъ?
— Подай мнѣ, пожалуйста, клубокъ, — отвѣтила совѣтница.
— Ну, скажи же... скажи, нравится онъ тебѣ или нѣтъ, — повторила дѣвушка.
Мать лишь отвѣтила ей не то печальнымъ, не то недоумѣвающимъ взглядомъ, который выражалъ: "я не знаю".
* * *
Инспекторъ между тѣмъ спустился къ пристани и сѣлъ въ лодку, намѣреваясь плыть въ шхеры.
Уже мѣсяцъ стояла лѣтняя погода, и въ воздухѣ было тепло. Съ сѣвера, гдѣ зима была необыкновенно сурова и накопилась масса льда, тянулись массами къ югу плавучіе льды. Они такъ сильно охлаждали воду, что нижніе слои воздуха дѣлались значительно плотнѣе верхнихъ. Благодаря преломленію лучей, видъ шхеръ измѣнился, и въ послѣдніе дни можно было наблюдать великолѣпные миражи.
Это зрѣлище вызывало длинные споры между инспекторомъ и его сосѣдками. Въ концѣ концовъ, они призвали въ судьи рыбаковъ; они должны быть компетентны въ этомъ, такъ какъ всѣ эти явленія природы имъ знакомы съ дѣтства. Когда однажды утромъ оказалось, что, благодаря неровному лучепреломленію, ярко-красныя гнейсовыя, шхеры вытянулись въ высоту и стали походить на нормандскіе falaises, Марія принялась утверждать, что это, дѣйствительно, известковыя скалы, отраженныя здѣсь въ Балтійскомъ морѣ по какому-то пока неизвѣстному еще закону природы. Къ тому же волны у берега, покрытыя пѣной и казавшіяся больше, благодаря преломленію, представлялись цѣлой флотиліей нормандскихъ рыбачьихъ лодокъ, плавающихъ среди скалъ.
Инспекторъ тщетно пытался втолковать имъ единственно правильное объясненіе миража и снять съ него покровъ сверхъестественнаго. Народъ усматривалъ въ этомъ явленіи пророчество о грядущихъ бѣдствіяхъ, и было бы непростительной слабостью отступить передъ такимъ суевѣріемъ. Чтобы заставить народъ себя выслушать, инспекторъ хотѣлъ выступить сначала въ качествѣ волшебника и только послѣ объяснить чудо, разсказавъ, какъ ему удалось сдѣлать этотъ фокусъ.
И онъ сталъ спрашивать суевѣрныхъ, — если они увидятъ итальянскій ландшафтъ, сочтутъ ли они это отраженіемъ Италіи? Отвѣтъ былъ утвердительный, и Боргъ рѣшилъ соединить пріятное съ полезнымъ и путемъ легкихъ измѣненій создать южный ландшафтъ, какъ онъ обѣщалъ Маріи ко дню ея рожденія. И какъ только будутъ благопріятныя условія, благодаря преломленію лучей, ландшафтъ вырастетъ до огромныхъ размѣровъ, такъ какъ они будутъ разсматривать его въ колоссальное увеличительное стекло, какимъ являются неодинаковой плотности слои воздуха.