Вечером у родителей невесты состоялась свадьба. Братья её были назойливо интимны, мать проливала потоки слез, обращалась с ним как с разбойником и просила его быть добрым с её ненаглядным сокровищем. Наконец, проделано было всё, и он мог свести в карету свою молодую жену. Многочисленные братья хотели провожать их, но Адольф захлопнул дверцу кареты так, что стекла затрещали, а в душе отослал милых родственников туда, где перец растет.
Ну! наконец, то они одни! Но когда она увидала на его лице торжество победителя, она испугалась его. Таким она еще никогда его не видела.
— Разве это удивительно? — спросил он.
Но она плакала и отстраняла его ласки; ему было досадно, и прибытие в новое жилище, где горничная забыла позаботиться о спичках, было в достаточной степени печально.
На следующее утро, в семь часов, у него был уже урок. Она должна быть рассудительной, так как его содержание довольно скудно, и он хотел восстановить то, что растратил за время жениховства.
В девять часов он пришел завтракать домой, затем пошел на репетицию. После обеда ему было необходимо соснуть часок, так как в пять часов у него опять был урок у себя дома. Жена нашла жестоким с его стороны, что он хотел спать. Она всё утро сидела одна, и когда он, наконец, пришел домой, то хочет лечь спать! Но ему нужно, иначе он будет не в состоянии заниматься. Ему нужно!
В четыре часа придет ученик и тут уж ни на минутку нельзя отлучиться.
— Но ведь сегодня ты бы мог отослать ученика!
— Невозможно! Он должен быть строг к самому себе!
И когда ученик пришел, молодая женщина сидела в соседней комнате и слушала, как Адольф отбивал такт ногой и как без конца повторялись те же ноты.