Элис. Какой удивительный способ любить!
Гейст. Да нет же! Твой холод расхолаживает ее в душе, и это ты ненавидишь ее. Но ты неправ, и, стало быть, тебе нельзя не страдать!
Элис. В чём же я могу быть неправ? Разве она не ушла вчера вечером с моим вероломным другом?
Гейст. Ну-с, ушла, и с твоего ведома. Но зачем ушла? Да, вот что тебе следовало угадать!
Элис. Нет, я не могу.
Гейст. Хорошо! Так и носись с тем, с чем носишься!
Дверь в кухню открывается, чья-то рука просовывает газету, которую Гейст берет и передает Элису.
Элис. Это было единственное настоящее несчастье! С нею я мог бы снести все другие! А теперь рушится последняя опора, и вот я падаю!
Гейст. Падай, но падай правым, и ты еще сможешь стать на ноги впоследствии… Ну, что нового в газете?
Элис. Не знаю; я сегодня боюсь газеты!