[5]. И так как наш путь лежал так, чтобы пройти вдоль по середине долины, где, как я сказала выше, сидели сыны Израилевы, пока Моисей восходил на гору Божию и спускался с нее, то святые мужи указывали нам отдельные места, по мере того, как мы шли по всей долине. В самом ее начале, где мы ночевали и видели купину, из которой глаголал Бог святому Моисею в огне, видели мы и то место, где стоял перед купиною Святой Моисей, когда глаголал ему Бог: «иззуй сапоги от ног твоих, место бо на нем же ты стоиши, земля свята есть». И так, они начали нам постоянно показывать и прочие отдельные места, когда мы отправились от купины. Показали нам то место, где был стан сынов Израилевых в те дни, когда Моисей был на горе; показали[110] и то место, где был отлит телец – на этом месте и теперь находится большой камень. А мы во время пути против себя видели вершину горы, которая смотрит на всю долину: с этого места Святой Моисей видел сынов Израилевых пляшущими в те дни, когда они отлили тельца. Показали и большой камень на том месте, где спустился Святой Моисей с Иисусом Навином и об этот камень разбил в гневе принесенные им скрижали. Показали и то, как каждый имел жилище в этой долине, и от этих жилищ до днесь видны основания, как они были обнесены камнем; показали и место, где Святой Моисей повелел сынам Израилевым бежать от врат до врат, когда он возвратился на гору. Также показали место, где был сожжен, по повелению | 36 | Святого Моисея, телец, отлитый им Аароном. Также показали источник, из которого Святой Моисей поил сынов Израилевых, как писано в Исходе. Также показали нам место, где от духа Моисеева приняли семьдесят мужей. Также показали место, где сыны Израилевы возымели похоть явствий. Показали нам и то место, которое названо запалением, ибо тут сгорела некая часть стана, тогда, когда по молитве Святого Моисея остановился огонь. Показали нам и то место, где дождила им манна и перепела. И таким образом нам показано было все, что, как написано в священных книгах Моисея, произошло в этом месте, то есть в той долине, которая как я сказала, лежит под горою Божиею, то есть под Святым Синаем. Достаточно было упомянуть обо всем этом в частности, потому что запомнить такое количество было невозможно; но если любовь ваша прочтет книги Моисея, то увидит все подробнее, что[111] там произошло. Это есть та долина, где праздновалась пасха, по исполнении года исхода сынов Израилевых из земли Египетской, так как в этой долине сыны Израилевы оставались довольно долго, то есть на то время, пока Святой Моисей восходил на гору Божию, и сходил с нее в первый и второй раз; они оставались до тех пор, пока не был сделан кивот и остальное, указанное на горе Божией. Показали нам и то место, где был сделан Моисеем первый кивот и исполнено все, повеленное Моисею Богом на горе. Видели мы в конце долины гробы похотения, в том месте, куда мы снова возвратились к (продолжению) пути нашего, то есть там, где, выйдя из этой большой долины, мы стали возвращаться по пути, которым пришли, между горами, о которых я говорила выше. В этот же день мы пришли и к другим святым отшельникам, которые от старости или слабости не могли выйти к нам на гору Божию для совершения литургии: они удостоили принять нас с большим радушием в своих келлиях. И так, мы обозрели все Святые места, видеть которые желали, также и все места, куда заходили сыны Израилевы на пути к горе Божией и обратно; увидав также и святых мужей, живших там, мы о имени Божии возвратились в Фаран. И хотя я должна всегда и за все благодарить Бога, не говоря уже про такие и столь великие благодеяния, которых он сподобил меня недостойную, не по заслугам моим, дозволив посетить все места: однако не могу достаточно возблагодарить и всех святых мужей за то, что они радушно принимали | 37 | нашу худость в своих келлиях и провожали по всем местам, о которых я постоянно расспрашивала по писанию. Многие из святых, жившие на[112] горе Божией или возле нее и бывшие посильнее, удостоили проводить нас вплоть до Фарана.

[6]. И когда мы прибыли в Фаран, отстоящий от горы Божией на тридцать пять миль, нам необходимо было остаться там на два дня для отдыха. И на третий день, выйдя утром оттуда, мы прибыли к новому ночлегу, то есть в пустыню Фаран, где мы уже ночевали на пути, как я выше сказала. Затем на другой день запасшись водою и пройдя еще через горы, прибыли мы к ночлегу, находящемуся уже при море, то есть в том месте, где выходят из гор и начинается путь по берегу моря, и при том так, что то вода хлещет по ногам животных, то вдруг путь лежит по пустыне в ста или в двухстах, а иногда и более, чем в пятистах шагах от моря: дороги тут нет никакой, но все песчаная пустыня. А фараниты, привыкшие путешествовать там со своими верблюдами, расставляют от места до места значки, к которым и держат путь, и так путешествуют днем; ночью же эти значки чуют верблюды. И что говорить много – быстрее и безопаснее в этой местности путешествуют по привычке фараниты ночью, чем кто-либо другой из людей может путешествовать в таких местах, где есть открытая дорога. И так, возвращаясь, мы вышли из гор в том самом месте, в котором мы вошли в них, идя вперед; и таким образом снова подошли к морю. Сыны же Израилевы, возвращаясь от горы Божией Синая до этого места, возвратились тем путем, каким пришли: т. е. до того места, где и мы вышли из гор и приблизились опять к Чермному морю; а оттуда – мы возвратились тем путем, каким пришли; сыны же Израилевы из того же места пошли по своему пути, как это писано в книгах Святого[113] Моисея. Мы же, тем же путем и теми же ночлегами, какими шли, возвратились в Клисму. И когда прибыли в Клисму, нам опять было необходимо отдохнуть, потому что мы прошли по весьма песчаному пути пустыни.

[7]. Хотя мне уже была знакома земля Гесем, так как я была в ней уже раньше в Египте, однако я желала увидать все места, куда заходили сыны Израилевы, вышедши из Рамесси, до прибытия к Чермному морю (это место зовется теперь Клисма от находящегося там караула); и так, я желала отправиться | 38 | из Клисмы в землю Гесем, т. е. в город называемый Аравией, каковой город находится в земле Гесем; отсюда так зовется и сама местность, т. е. земля Аравии, земля Гесем, и образует часть Египта, которая гораздо лучше, чем весь Египет. От Клисмы, т. е. от Чермного моря до города Аравии четыре ночлега по пустыни, и притом так, что при каждом ночлеге есть караульни с воинами и начальниками, которые нас постоянно провожали от поста до поста. На этом пути святые мужи, бывшие с нами, то есть клирики и отшельники, показывали нам отдельные места, о которых я постоянно расспрашивала по писанию. Одни из этих мест были влево, другие вправо от пути нашего, одни вдали от дороги, другие близко. Прошу любовь вашу верить мне, что, насколько я могла рассмотреть, сыны Израилевы шли так, что на сколько они шли по правой стороне, на столько возвращались по левой, и на сколько уходили вперед, на столько возвращались назад, и таким образом они совершили путь до тех пор, пока не пришли к Чермному морю. Показали нам и Епаулеум, по другую, впрочем, сторону, были мы и в Магдале. Там[114] теперь есть караул, состоящий из воинов с начальником, которые там находятся по правилам римской дисциплины. Они, по обыкновенно, проводили нас оттуда до другого караула; нам был указан Веельсепфон, где мы и были. Это есть поле на берегу Чермного моря, возле склона горы, о которой я говорила выше, где возопили сыны Израилевы, увидев преследовавших их Египтян. Показали нам и Офом, находящийся возле пустыни, как писано, также и Соккоф. Соккоф есть небольшой холм посреди долины и возле этого холма расположились станом сыны Израилевы; это есть место, где был получен закон Пасхи. По пути показали нам и город Пифо, который выстроили сыны Израилевы, в том месте, где мы вступили в пределы Египта, оставив земли Саракинов; теперь Пифо есть крепость. А город Ироон, существовавший в то время, когда вышел на встречу Иосиф отцу своему Иакову, как писано в книге Бытия, теперь село небольшое, то, что мы зовем виком (vicus). В этом вике есть церковь и гробницы (святых), и много келлий святых отшельников; для осмотра их всех, нам необходимо было там остановиться, по принятому нами обыкновению. | 39 | Этот вик зовется теперь Иро, и этот Иро находится от земли Гесем на 16-м милиарие, в пределах Египта, местность же довольно обширна, ибо там протекает некая часть реки Нила. Итак, выйдя из Иро, мы пришли к городу называемому Аравией, каковой город находится в земле Гесем. Вследствие чего писано, что Фараон сказал Иосифу: «на лучшей земли посели отца твоего и братию твою, да вселятся в земле Гесем».

[8]. От города же Аравии четыре тысячи шагов до[115] Рамесси. Мы же, чтобы прийти на ночлег в Аравию, прошли по средине Рамесси; этот город Рамесси теперь поле, не имеющее ни одного жилища. Правда, видно, что в окружности он был велик и в нем было много построек; его развалины, как они упали, до днесь оказываются огромными. Теперь же там нет ничего, кроме одного большого фиванского камня, в котором высечены две большие статуи – Святых мужей, как говорят, Моисея и Аарона, и говорят, что сыны Израилевы воздвигли эти статуи в их честь. Кроме того, есть там, дерево сикомора, насажденное, как говорят, патриархами: оно уже очень старо, и от того не велико, хотя и приносит еще плоды. И если с кем случится неладно, идут туда, и собирают ветки, что приносит им пользу. Об этом мы узнали из слов святого епископа Аравии. Он нам сказал название дерева, как зовут его по-гречески, то есть dendros alethiae, что мы называем древом истины. Этот святой епископ соблаговолил выйти нам на встречу в Рамесси; он уже муж пожилой, по истине благочестивый отшельник, и ласково и очень хорошо приемлющий странников: он большой знаток Божественного писания. И так он, соблаговолив потревожить себя и выйти там нам на встречу, показал нам там отдельные местности и рассказал о статуях, про которые я упомянула, также как и о дереве сикомора. И про то рассказал нам святой епископ, что Фараон, увидав, что сыны Израилевы покинули его, прежде, чем нагнать их, вошел со всем войском в Рамесси и сжег весь город, бывший очень великим, и затем отправился вслед за сынами Израилевыми.

[9]. Случайно произошло весьма приятное для нас[116] обстоятельство, что день прибытия нашего на ночлег в Аравию совпал с кануном священнейшего дня Богоявления: в этот самый день должно было отправляться бдение в церкви. И так удержал нас там на два дня святой епископ, святой и по истине человек | 40 | Божий, уже довольно знакомый мне с того времени, как я была в Фиваиде. Этот святой епископ из отшельников: он воспитался в монастыре с юности, и оттого так сведущ в писании и так праведен в своей жизни, как я сказала выше. Отсюда мы отпустили воинов, которые, сообразно римской службе, нас охраняли, пока мы путешествовали по подозрительным местностям. И так как уже там были государственные владения в Египте, по которым проходили через город Аравию, т. е. пропускавший из Фиваиды в Пелусий, то поэтому нам не было необходимости беспокоить воинов. Отправившись затем все по земле Гесем, мы шли постоянно среди виноградников, производящих вино, и плантаций, производящих бальзам, среди огородов, возделанных полей и превосходных садов; мы шли все по берегу реки Нила, среди частых поселений, которые некогда были селениями сынов Израилевых. И зачем распространяться? местности, лучшей земли Гесем, я, как кажется, нигде не видала. И так, идя от города Аравии два дня все по земле Гесем, мы прибыли в Татнис – город, где родился святой Моисей. Это есть город Татнис, который некогда был столицей Фараона. И хотя, как я сказала выше, я уже знала эти места, когда была в Александрии и в Фиваиде, однако, желая вполне ознакомиться с местностями, через которые проходили сыны Израилевы, отправившиеся из Рамесси к горе Божией, Святому Синаю,[117] должна была вторично возвратиться в землю Гесем, и оттуда в Татнис. И так, отправившись из Татнис, идя уже знакомым путем, я прибыла в Пелусий, и оттуда отправившись вторично, идя через отдельные ночлеги Египта, через которые прежде лежал наш путь, прибыла в пределы Палестины. И оттуда, во имя Христа Бога нашего, сделав несколько ночлегов по Палестине, возвратилась я в Элию, то есть в Иерусалим.

[10]. Затем, по прошествии некоторого времени и по повелению Божию, я опять возымела желание отправиться в Аравию, к горе Навав, в ту местность, куда Бог повелел взойти Моисею, говоря ему: «Взыди на гору Аварим, сия гора Навав, яже есть в земли Моавли прямо Иерихону, и виждь землю Ханааню, юже аз даю сыном Израилевым во обдержание: и скончайся тамо на горе, на нюже восходиши». И Господь наш Иисус, не оставляющий надеящихся на него, и в этом сподобил привести в исполнение мое желание. | 41 | И так, отправившись из Иерусалима, мы совершили путь со святыми мужами, то есть пресвитером и диаконами Иерусалимскими, и несколькими братиями, то есть отшельниками. И так мы дошли до того места на Иордане, где перешли сыны Израилевы, когда их перевел через Иордан святой Иисус Навин, как об этом писано в книге Иисуса Навина. Показали нам и то место, немного возвышенное, где сыны Рувима и Гада и половина колена Манассиина сделали алтарь, на той стороне берега, где стоит Иерихон. И так, перейдя реку, мы пришли в город, который зовется Ливиада и который находится на той равнине, где тогда расположились станом сыны Израилевы. И до ныне в этом месте видны[118] основания стана сынов Израилевых и их жилищ, где они оставались. Это есть место, о котором писано: «и плакашася сынове Иизраилевы Моисеа во Аравоф Моавли у Иордана близ Иерихона сорок дней». Это есть место, где после кончины Моисея тотчас Иисус Навин исполнился духа разума, потому что Моисей возложил на него руки, как писано. Это есть место, где написал Моисей книгу Второзакония; это есть место, где говорил Моисей во ушеса всего сонма Израилева словеса песни, до ее конца, как она написана в книге Второзакония. Это есть место, где Святой Моисей, человек Божий, благословил сынов Израилевых, каждого по одиночке перед кончиною своею. И так, когда мы прибыли на эту равнину, мы пришли на это место и произнесли там молитву; прочли на этом месте также и некую часть Второзакония, равно как и песнь Моисея и благословения, которые он произнес над сынами Израилевыми. И после чтения была еще раз произнесена молитва и, возблагодарив Бога, мы тронулись оттуда. У нас было постоянно обыкновение, когда мы прибывали на желаемое место, прежде всего произносить там молитву, затем прочитывать место из писания, также как и один псалом, относящийся к событию, и произносить второй раз молитву. Это обыкновение мы, по повелению Божию, соблюдали всегда, когда могли прибыть в желаемые места. И так, для довершения начатого дела, мы стали торопиться придти к горе Навав. На пути нам напомнил пресвитер этого места, то есть Ливиады, которого мы попросили пойти с нами с ночлега, так как он лучше знал местность. И так, пресвитер сказал нам: если вы хотите видеть воду, которая течет из камня, то есть которую дал Моисей[119] жаждавшим сынам Израилевым, то вы можете видеть, | 42 | если только хотите потрудиться свернуть с дороги приблизительно на шестую милю. Когда он сказал это, мы с жадностью пожелали идти, и тотчас свернув с пути, последовали за пресвитером, который нас вел. В этом месте есть небольшая церковь под горою – не Навав, но другою внутренней, однако недалеко от Навав; там живут весьма многие отшельники, по истине святые, и которых здесь зовут аскетами.

[11]. Эти святые отшельники удостоили принять нас весьма радушно, ибо позволили нам войти к себе для приветствия. И когда мы вошли к ним, то, после молитвы с ними, они соблаговолили дать нам благословения, какие обыкновенно дают тем, кого принимают радушно. Там, между церковью и келлиями, по средине течет из камня обильная вода, очень хорошая, чистая и превосходного вкуса. Тогда мы спросили святых отшельников, живших там, что это за вода такая и столь вкусная. Тогда они сказали: это есть вода, которую дал святой Моисей сынам Израилевым в этой пустыне. И так, мы тут по обыкновению произнесли молитву, прочли соответствующее чтение из книг Моисея, и пропели один псалом; и затем вместе со святыми клириками и отшельниками, которые пришли с нами, мы пошли к горе. И многие из святых отшельников, живших возле этой воды, и бывших в состоянии подъять на себя труд, соблаговолили подняться вместе с нами на гору Навав. И так, отправившись с этого места, мы пришли к подошве горы Навав, которая очень высока, но так однако, что большая ее часть может быть пройдена, сидя на ослах; незначительная же часть была крута,[120] и на нее необходимо было взбираться пешком, как мы и сделали.

[12]. И так, мы добрались до вершины этой горы, где теперь есть небольшая церковь, на самой вершине, горы Навав. В этой церкви, на том месте, где находится амвон, я увидала небольшое возвышение такой величины, какую имеют обыкновенно надгробия. Тогда я спросила святых мужей, что это такое, и они ответили: здесь положен ангелами святой Моисей, ибо как писано, не уведа никто же погребения его; так как известно, что он погребен ангелами. И могила его, где он погребен, и до днесь не указывается: а как нам была здесь указана нашими предшественниками, которые жили здесь, так и мы вам указываем; а эти предшественники говорили, что так | 43 | им сообщили их предшественники. И так, мы произнесли молитву и все, что обыкновенно по порядку делали в каждом Святом месте, было сделано и здесь; и потом стали выходить из церкви. Тогда люди, знакомые с местностью, то есть пресвитеры и святые отшельники, сказали нам: если вы хотите видеть места, о которых писано в книгах Моисея, то подойдите к дверям церкви и с вершины, с той стороны, с которой можно видеть отсюда, смотрите внимательно, и мы вам скажем, что это за отдельные местности, которые видны. Тогда мы, весьма обрадовавшись, тотчас вышли из церкви. И из дверей ее видели место, где Иордан впадает в Мертвое море: это место было видно под нами, как мы стояли. Видели также напротив не только Ливиаду, которая была по сю сторону Иордана, но и Иерихон, что за Иорданом: так высоко было то место, где мы стояли, то есть перед дверьми церкви. Оттуда видна была большая часть[121] Палестины, которая есть земля обетования, равно как и вся область Иордана, на сколько можно было обнять взором. С левой стороны мы видели все земли Содомитян, также и Сигор; этот Сигор – один из тех пяти городов существует теперь. Там есть и памятник, а от прочих городов не видно ничего, кроме груд развалин, как они были превращены в пепел. Было указано нам и место, где был столб жены Лота; это место упоминается в писании. Но верьте мне, достоуважаемые госпожи, что столба уже не существует, а указывается только его место; самый же столб, как говорят, залит Мертвым морем. Место видели мы бесспорно, но столба не видали никакого, и поэтому я не могу обмануть вас по поводу этого. Ибо епископ этого места, то есть Сигора, сказал нам, что уже несколько лет, как не видно этого столба. От Сигора место, где стоял этот столб, отстоит приблизительно на шестую милю, и оно теперь все покрыто водою. Также подошли мы снаружи и к правой стороне церкви, и нам показали напротив два города, то есть Есевон, принадлежавший Сиону, царю Аморрейскому, и который теперь зовется Ексевон, и другой Ога, царя Васанского, который зовется теперь Сафдра. С этого же места показали | 44 | нам напротив Фогор, бывший городом царства Эдомского. Все эти города, которые мы видели, были расположены на горах, а под ними, немного ниже, видна была равнина. И тогда сказали нам, что в те дни, когда святой Моисей и сыны Израилевы сражались против этих городов, на этой равнине был расположен их стан; ибо там были видны его следы. С той части горы, которую я назвала левою и которая возвышалась над Мертвым морем,[122] показали нам очень обрывистую гору, которая прежде звалась Агриспекула. Это есть гора, на которую взял Валак сын Веора божественного Валаама для проклятия сынов Израилевых; и не восхотел Господь попустить это, как писано. И так, увидав все, что желали, мы о имени Господнем возвратились через Иерихон, и по пройденному пути прибыли обратно в Иерусалим.

[13]. Затем, по прошествии некоторого времени, я пожелала посетить страну Авситидийскую, для того чтобы увидать гробницу святого Иова, молитвы ради. Я видала многих святых отшельников, приходивших оттуда в Иерусалим для посещения святых мест, молитвы ради: они, рассказывая подробности об этой местности, возбудили во мне сильное желание подъять на себя труд посетить и ее, если только можно назвать трудом то, когда человек видит исполнение своего желания. И так, я отправилась из Иерусалима со святыми мужами, которые соблаговолили провожать меня на пути, и сами отправлялись молитвы ради. И так, держа путь от Иерусалима до Карней, мы прошли восемь ночлегов (Карнеями зовется теперь город Иова, который прежде назывался Деннава в земле Авситидийской, на границах Идумеи и Аравии). Идя этим путем, я видела на берегу реки Иордана долину весьма прекрасную и приятную, обилующую виноградниками и деревьями, потому что там было много превосходной воды. В этой долине есть большое поселение, которое теперь называется Седима. И так, в этом поселении, находящемся среди равнины, в центре есть пригорок небольшой, но сделанный так, как обыкновенно делаются надгробия, и притом большая. Там на верху есть церковь, а внизу, кругом пригорка, видны большие[123] древние основания. Теперь в поселении живут некоторые толпы. Я, увидав столь прелестное место, спросила: какое это столь приятное место? Тогда мне сказали: это есть город царя Мельхиседека, называвшийся прежде Салем, откуда теперь, в испорченной речи, поселение зовется Седима. | 45 | На этом пригорке, лежащем в центре поселения, на верху его, постройка, которую видишь, есть церковь; эта церковь называется теперь на греческом языке opu melchis et haec (т. е. Melchisedec). И это есть место, где принес Мельхиседек Богу чистые жертвы, то есть хлебы и вино, как это про него написано.

[14] Тотчас, услыхав это, мы слезли с животных; и вот нам на встречу соблаговолил выйти святой пресвитер этого места и клирики, которые тотчас, приняв нас, повели вверх к церкви. Когда мы туда пришли, тотчас, по обыкновению, сперва произнесли молитву, затем прочли место из книги Моисея и пропели псалом, соответствующий местности; и снова помолившись, спустились. Когда мы спустились, то нам сказал святой пресвитер, бывший уже старцем и прекрасно знающий писание; он был настоятелем этого места из отшельников, и о жизни этого пресвитера много свидетельствовали многочисленные епископы, как я об этом узнала в последствие. Они говорили о нем, что он достоин настоятельствовать в том месте, где Святой Мельхиседек при приходе Святого Авраама впервые принес Богу чистые жертвы.