— Да, сам-то ты ешь, — вдогонку кричит ему о. Иван.
— Я после! — уже из «кухни» отзывается о. Сергий.
— Всегда он так: поглядит на других и сыт!
***
До хребта горы — идти около часа.
Крутых подъемов нет, скал и обрывов тоже. Все время приходится идти лесом, иногда косогорами, густо покрытыми низким цветущим кустарником, напоминающим олеандры; колючей ажиной, с красными незрелыми ягодами; и еще какой-то вьющейся, колючей травой.
Лес местами такой же тенистый, столетний пихтовый бор, как около кельи, — местами молодой частый полухвойный, полулиственный.
В воздухе постоянно сменяется то один, то другой запах. То запахнет чем-то пряным, напоминающим мяту, то смолой, то душистыми сладкими цветами, похожими на теплый мед; то грибами, то влажной, прошлогодней листвой. Но иногда врезается острый, отвратительный запах спирта, смешанного с какой-то одуряющей вонью.
— Это черви такие есть, — объясняют мне: сейчас еще мало их, а осенью бывает вздохнуть нельзя. Особенно, если по нечаянности наступить на него. Так одуряет, что голова кружится.
Мы нашли несколько таких червей: довольно большие, белые — вершка два. Сидят на земле, неподвижно. Когда до них дотронешься — свертываются.