Весь день брожу по окраинным улицам Ташкента и обдумываю план самоубийства. Нет, не стоит больше жить. Обречен — и пусть. У меня даже стишок готов.
Брошу эти предсмертные слова в маленький домик, где похоронены мои самые светлые мечты. Пусть она знает…
Прощай, мой день… прощай, земля…
Порвалась жизни нить.
Уйду, судьбу мою хваля
За то, что не дала
Душе моей при жизни сгнить…
Прочтет и, может быть, пожалеет…
Иду дальше. За спиной болтается сумка. Хочу выйти из города и там, в зеленеющей вдали роще, покончить с собой. И вдруг встреча: из-за угла ближайшей улицы показывается Михаиле Пивень в сопровождении целой своры собак. Увидав меня, толстяк машет плеткой — зовет меня.
— А мы уж шукалы, шукалы, а тебя чорт ма… — говорит, обращаясь ко мне, Пивень.