Действительно, Карл Карлович куда-то исчез. Но через минуту Наташа первая заметила его и со смехом указала остальным. Флигенфенгер, с несвойственной его фигуре кошачьей ловкостью, с сачком в руках уже охотился по части своей специальности, подкрадываясь, по-видимому, к какому-то насекомому.
— Господа, Libelula aetero! — вскричал он, накрывая сачком стрекозу.
Предоставляем судить читателям, какова была его радость, когда он увидел тот самый вид стрекозы, который был встречен экспедицией в междупланетном пространстве. Не меньше обрадовались и остальные члены экспедиции. Эта стрекоза была несомненным свидетельством присутствия жизни на Венере!
— Судя по всему, — сказал Имеретинский, — мы действительно находимся очень высоко на планете. Этот вид стрекозы, очевидно, обитает наверху высоких гор. Вихри иногда уносят ее в верхние слои воздуха, где под влиянием лучевого давления она выбрасывается из пределов атмосферы планеты и становится "междупланетным" насекомым. Теперь вполне понятно, почему мы встретили ее в то время, когда направлялись с Земли на Венеру.
Между тем сумерки, в полосу которых попали наши путешественники, постепенно сгущались и небо принимало еще более суровый и негостеприимный вид. В воздухе становилось душно и вдруг сверху закапали сначала редкие, но потом все сильнее и сильнее, капли дождя, который ровно ни чем не отличался от земного. Путешественники поспешили в каюту "Победителя Пространства", который стоял на песчаной равнине несколько косо, врезавшись углом в почву.
Здесь продолжалась прерванная беседа, в которой не принимал участия только Флигенфенгер, заботливо возившийся со своей Libelula aetero и по этому случаю раскрывший все свои банки и принадлежности энтомологической хирургии. Он, казалось, забыл все на свете и даже, вероятно, то, что находился на Венере, а не в зоологическом кабинете Академии Наук в Петрограде.
Имеретинский и Добровольский пришли к заключению, что необходимо завтра же отправиться на разведку и главное — достать пищу, так как запасы, даже при их экономии, подходили к концу, и скоро вопрос о хлебе насущном должен был стать для них вопросом жизни или смерти. Находка стрекозы ободряла их и вселяла надежды. Подниматься еще выше в горы, конечно, было бы бессмысленно. Жизнь, очевидно, должна кипеть в долинах, расположенных много ниже той высоты, на которую, волею судеб, спустился их "Победитель Пространства". Уступы спускавшегося куда-то вниз плоскогорья, где висела полоса тумана, несомненно вели в ту страну, куда надо было отправиться на разведку. Но нельзя было терять также из виду их жилища — "Победителя Пространства". Прежде всего, нужно было конечно ориентироваться. Небо было в облаках и на звезды пока рассчитывать, очевидно, не было никакой возможности. Когда дождь перестал, Имеретинский сказал Добровольскому, что необходимо как нибудь определить страны света.
— Вы думаете, Валентин Александрович, — сказала Наташа, — воспользоваться для этой цели компасом? По аналогии с Землей ведь нужно думать, что магнитная стрелка будет здесь вести себя так же, как и на Земле?
— Нет, видите ли, это не совсем так…
— Почему же?