Древовидный папоротник
— Посмотрите на их кору. Видите — вся она имеет вид продольных бороздок, разделенных на шестигранные ячейки. Каждая такая ячейка напоминает своим замысловатым рисунком как бы отпечатавшуюся здесь печать, по-латыни sigillum, откуда и возникло название самого дерева у наших палеоботаников. Эти ячейки являются следами прикрепления опавших жестких шиловидных листьев, прижатых к стволу и сохраняющихся только на самой макушке. Кора сигиллярий очень тверда, но древесина их слаба, и в качестве строевого дерева они пожалуй никуда не годятся. А ведь некоторые деревья достигают полутора метров в диаметре и более двух обхватов в окружности. Те шишки, что вы видите у них на верхушках, являются плодами этих деревьев; они наполнены микроспорами и носят название стробилусов. В пищу они, вероятно, непригодны.
Сигиллярия
Добровольский вдавался все в большие и большие подробности, перечисляя разновидности и особенности сигиллярий.
— Однако, откуда же у вас, Борис Геннадиевич, столько сведений из палеоботаники? Ведь вы же астроном? — удивилась Наташа.
— О, да! — вскричал восхищенный своим другом Флигенфенгер, когда Добровольский заговорил на более понятном ему, чем астрономия языке, — ведь Борис астроном по недоразумению. В университет он увлекался палеонтологией и был настоящим палеоботаником; он изъездил весь Донецкий каменноугольный бассейн и побывал чуть не в каждой шахте; было время, когда его даже звали на конгресс палеоботаников, но потом он вдруг, ни с того ни сего, пристрастился к астрономии и забросил то, чему поклонялся раньше.
— Зато видите, как приятно сделать теперь такое открытие! Палеоботаник очень кстати в нашем составе экспедиции и пока, пожалуй, будет поважнее астронома, — заметил Имеретинский.
Короткий девятичасовой осенний день склонялся к вечеру. Экспедиция развела костер из сухих хвойных ветвей и расположилась вокруг него на ночлег. Костер нужен был главным образом для приготовления пищи. Температура же и ночью не спускалась ниже + 15 °C. Разговор за костром тянулся далеко за полночь. Спорили и делали предположения на основании впечатлений первого дня, о поверхности Венеры, об ее климате и атмосфере. Пришли в общем к благоприятному заключению.