- Нет, не братец ты нам: Длинная Шейка белый был. Такого, как ты, крапчатого, у нас сроду не бывало.
Горько стало гусёнку, зовёт он родителей:
- Папа! Мама! Узнаёте ли вы меня? Ведь я сын ваш, Длинная Шейка.
А гусак с гусыней, оглядев странного гусёнка, тоже заявили:
- Такого сына у нас не было. Наши детки все белые.
- Да гоните его прочь! - загоготали гуси.
Куда деваться несчастному? У лебедей он не прижился, а теперь и свои признать не хотят.
Видят гуси, не прогнать им оборвыша - голосом он всё же на них похож, и перестали обращать на него внимание.
Мало-помалу оправился гусенок. Синяки и ссадины зажили, тёмный пух в перья превратился. Но остался он на всю жизнь пёстрым. И нрав у него изменился. Не тянет он уже, как прежде, шею и чужих кусков из миски не хватает. И кричать на всех забыл, разговаривает тихо. Старших уважает, с младшими заботлив и ласков. Папа-гусак и мама-гусыня, глядя на него, говорили друг другу:
- Он такой же милый, как все наши детки, хотя и не похож на них.