— Горе мне, Сатир, — сказал я, — как оправдаться теперь? Я уличен. Левкиппа обвиняет меня. Быть может, она меня возненавидела. Но скажи мне, как удалось ей спастись и чье тело мы похоронили?
— Придет время, и она сама все тебе расскажет, — ответил Сатир. — Сейчас ты должен написать ей ответ и успокоить девушку. Ведь я поклялся ей в том, что ты женился против воли.
— Ты сказал ей, что я женился?! Так ты погубил меня! — вскричал я.
— До чего же ты простодушен, — ответил он мне. — Весь город знает о твоем браке.
— Но я не женился, Сатир, клянусь тебе Гераклом и своей судьбой!
— Ты шутишь дорогой мой. Ты ведь с ней спишь!
— Я знаю, что невозможно поверить моим словам, но до этой самой минуты я ни разу не прикоснулся к Мелите. Но говори, что же мне писать! Я до того ошеломлен всем происшедшим, что совершенно растерялся и чувствую себя беспомощным.
— Эрот подскажет тебе, потому что я нисколько не мудрее тебя. Только пиши поскорее, — ответил Сатир. И я начал писать:
"Здравствуй, владычица моя Левкиппа!
Я несчастлив в счастье, потому что, хотя я рядом с тобой, увидеть тебя я не могу, а вижу вместо тебя, которая так близко, твое письмо. Если ты хочешь знать правду и не осуждаешь меня заранее, то поверь мне, что, подобно тебе, и я сохранил до сих пор свою девственность, если такое понятие уместно в отношении мужчин. Если же ты, не пожелав выслушать моих оправданий, уже возненавидела меня, то клянусь тебе спасшими тебя богами, что очень скоро сумею оправдать себя во всем. Будь здорова и милостива ко мне, возлюбленная моя".