— А иначе и быть не может! — отвечала мать Киры Петровны, хлопоча вокруг дочери. — Ты у меня молодец, Кирушка. Только ешь получше, ешь, а то тебе силы нужны воевать со своими озорниками.
— Что ты, мама, зачем воевать! — засмеялась Кира Петровна. — Мы теперь с ними друзья. Скоро вместе в Краснодон поедем.
— Смотри не растеряй их там по дороге!
— Нет, мама, не растеряю. Ведь я их не одна повезу. — Она поднялась. — Спасибо, мамочка, я пойду!
Кира Петровна оделась и вышла на улицу. Троллейбус повёз её по Садовой мимо высотного дома. Его гигантский каркас смутно различался в синеве зимнего утра.
На макушке великана теперь вместо брызжущих зелёных звёздочек спокойным светом горели красные лампочки — наверное, для того, чтобы самолёты ночью не наткнулись на стальную громаду.
У площади Восстания Кира Петровна пересела в автобус и поехала на Красную Пресню.
После заставы машина пошла вдоль больших новых корпусов городка имени Пятого года. Кира Петровна уже не раз бывала в этих корпусах. Здесь живут многие из её учеников.
Она побывала у Лёни Горшкова и познакомилась с его мамой — мастером печатного цеха.
Она навестила Костю Кислякова и беседовала с его отцом — артистом московского театра.