— Подумай, Ваньков, подумай. У тебя ещё целая ночь впереди и завтра полдня. — Она спрятала платочек, щёлкнула замком. — Итак, Нина Васильевна, к трём часам в учительской… А ты, упрямая душа, больше не прогуливай, слышишь?
— Слышу, Кира Петровна.
Мама проводила учительницу, пошепталась с ней ещё немного в передней, потом закрыла дверь, вернулась в комнату, подошла к Владику и за подбородок приподняла его голову:
— Ну, сын, что же это с тобой будет, а?
— Ничего не будет, мама, — сказал Владик. — Ничего не будет. Не поеду в Краснодон, и всё. И пускай! И ладно!
Он побежал к себе, лёг и уткнулся носом в подушку. Мама хотела было зайти к нему, но он сказал:
— Не надо, мама. Не надо сейчас!
Мама постояла за дверью и молча пошла к себе.
Двадцать шестая глава. Педсовет
Когда бывал педсовет, вся школа словно подтягивалась.