— Да, двоих: старика и еще какого-то молодца.
— Вот, вот, они есть посланцы чешских патриотов! Как звучит! А на самом деле посланцы наших доморощенных наци…
И Франтишек Ступа рассказал мне следующее.
Весь день он пробыл в суде и, возвратившись в гостиницу, застал ожидавших его в вестибюле старика в котелке и еще какого-то бравого, пышущего здоровьем мужчину. Ступа не знал этих людей, а они не назвали себя.
— Нам бы хотелось поговорить с паном Ступой, — приподняв котелок, сказал старик.
Зашли в номер. Ступа пригласил посетителей сесть, но они не сели.
— Пане, — заговорил старик, строго глядя на Ступу красными глазами, — нас прислали к вам чешские патриоты. Мы знаем, что вы коммунист, и это прискорбно для почитающих ваш талант честных чехов.
— Не думаю, — улыбнулся Ступа.
— Прискорбно, — настойчиво повторил старик. — Вы коммунист, но вы все-таки чех. Вы должны отказаться защищать какого-то там словака или русина, стрелявшего в чеха.
— Я защищаю ни в чем не повинного человека.