Микола с Черной горы — Олекса Куртинец».
58
Словно ветром дунуло от Ужгорода до Рахова. Сотни людей уходили из сел, городов, поселков в горы и, добравшись до партизанских постов, объявляли: «За Миколу!»
А в Ужгороде суд, назначенный подпольным народным комитетом, судил Луканича и Сабо.
Луканича подняли ночью на квартире, а Сабо взяли в одном из кабинетов дома свиданий, куда он в последнее время зачастил.
Обоих их привели в один из домиков ужгородской окраины.
За столом в комнате, освещенной керосиновой лампой, сидело несколько человек. Среди них были: Верный, уцелевший в числе пятерых подпольщиков после трагедии на подлесной стороне, и я.
Узнав, что их привели на суд, Луканич яростно прохрипел:
— Вы не смеете меня убивать! Слышите? Не смеете!
— Мы не убийцы, — ответил Верный, — мы судьи.