То это тебя не касается.
Погода стояла пасмурная и как бы недужная, густые белые облака тяжело, точно раненые лебеди, плыли по небу, талый снег этого серого дня был тускл и бесцветен, а горизонт опоясывал тянувшийся вдоль гор туман. Бенжамену казалось, что эта даль, на которую зима набросила сейчас густую и печальную пелену, никогда больше не будет расстилаться перед ним, покрытая зеленью и сияющая под лучами весеннего солнца.
Когда он пришел в Корволь, то не застал господина Менкси дома. В гостиной на софе сидели рядом Арабелла и господин де Пон-Кассе. Не обращая внимания на недовольную мину своей невесты и на вызывающий вид мушкетера, Бенжамен сел в кресло, скрестил ноги, положил на стоящий рядом стул свою шляпу и расположился с таким видом, точно собирался остаться надолго. Поболтав о здоровье господина Менкси, о перемене погоды, о гриппе, Арабелла замолчала, и кроме коротких и отрывистых междометий, напоминающих звуки, которые извлекает из своего инструмента обучающийся на кларнете, дядя не мог добиться от нее ни одного слова. Господин де Пон-Кассе, покручивая усы и звеня шпорами, прогуливался по гостиной и, казалось, обдумывал, к чему бы придраться, чтобы начать с дядей ссору. Его намерение не укрылось от Бенжамена, но, делая вид, что не обращает на него никакого внимания, он углубился в чтение валявшейся на канапе книги. Сначала он только перелистывал ее, искоса наблюдая за господином де Пон-Кассе, но так как книга была по его специальности, он увлекся чтением и забыл о мушкетере. Последний решил, что следует положить этому конец. Остановившись перед дядей и окидывая его взглядом с ног до головы, он сказал:
— А не находите ли вы, сударь, что ваш визит сюда слишком затянулся?
— А мне показалось, — ответил Бенжамен, — что вы пришли сюда раньше меня.
— К тому же ваши визиты сюда повторяются слишком часто, — добавил мушкетер.
— Уверяю вас, сударь, что если бы я предвидел встречи с вами, то значительно сократил бы свои посещения.
— Если вы являетесь сюда ради барышни Менкси, то она просит меня передать вам, чтобы вы избавили ее от вашей долговязой особы.
— Если бы таково было действительное желание барышни Менкси, я надеюсь, что она высказала бы это в более учтивой форме, во всяком случае, сударь, я удалюсь отсюда не раньше, чем услышу это из уст самой барышни Менкси и не поговорю об этом с ее отцом.
И дядя снова углубился в чтение.